niktoinikak (niktoinikak) wrote,
niktoinikak
niktoinikak

Category:

Ответ Маиру на его замечание о Толстом.

Я не вижу в художественных произведениях Толстого морализаторства(за некоторыми исключениями - например Народные рассказы, где это прямо цель - но и они в большинстве шедевры), т е натужного вывода: "Как полезно вести себя хорошо, и ой как вредно - плохо". Мораль выводится читателем - сама по себе - в меру его разумения. Мне в детстве наоборот, было странно что нет осуждения плохих, воздаяния хорошим, что не осуждён тупой "хорошист" Николенька, блядина Наташа :-), в жалком виде показана Соня.
Самое яркое д-во отсутствия морализаторства - восторги многих об Анне Карениной(персонаже). Когда несколько лет назад Воронцова написала прекрасную статью, просто на фактах показывающую, что Анна написана Толстым бездушной капризной тварью, никого - даже и себя - не любящей, предавшей и продавшей всех вокруг, а в конце концов и себя, и облила заслуженным презрением Набокова и Довлатова, вещающих о высокодуховной Анне(что, казалось бы, возможно только спьяну) - какой поднялся вопль мерзавцев и недоумков, поливающих Воронцову грязью за констатацию несоменных фактов :-) Всё потому, что у ЛН просто нет морализаторства как класса. Он пишет жизнь - такой, какая она есть. Нет ни очернения, ни подсветления. Ближайшие соперники-соратники в правдивости - Бальзак и Чехов - далеко за флагом.
Главная заслуга ЛН - после него больше не нужен доктор ухо-глаз - который был необходим читателям худлита до Толстого.
И есть конкретный текст, произведший этот переворот в художественной литературе. Привожу цитату.
"Во время проезда маршала пленные сбились в кучу, и Пьер увидал
Каратаева, которого он не видал еще в нынешнее утро. Каратаев в своей шинельке сидел, прислонившись к березе. В лице его, кроме выражения вчерашнего радостного умиления при рассказе о безвинном страдании купца, светилось еще выражение тихой торжественности.
Каратаев смотрел на Пьера своими добрыми, круглыми глазами, подернутыми теперь слезою, и, видимо, подзывал его к себе, хотел сказать что-то. Но Пьеру слишком страшно было за себя. Он сделал так, как будто не видал его взгляда, и поспешно отошел.
Когда пленные опять тронулись, Пьер оглянулся назад. Каратаев сидел на краю дороги, у березы; и два француза что-то говорили над ним. Пьер не оглядывался больше. Он шел, прихрамывая, в гору.
Сзади, с того места, где сидел Каратаев, послышался выстрел. Пьер слышал явственно этот выстрел, но в то же мгновение, как он услыхал его, Пьер вспомнил, что он не кончил еще начатое перед проездом маршала вычисление о том, сколько переходов оставалось до Смоленска. И он стал считать. Два французские солдата, из которых один держал в руке снятое, дымящееся ружье, пробежали мимо Пьера. Они оба были бледны, и в выражении их лиц -- один из них робко взглянул на Пьера -- было что-то похожее на то, что
он видел в молодом солдате на казни. Пьер посмотрел на солдата и вспомнил о том, как этот солдат третьего дня сжег, высушивая на костре, свою рубаху и как смеялись над ним.
Собака завыла сзади, с того места, где сидел Каратаев. "Экая дура, о чем она воет?" -- подумал Пьер."
До этого была одна литература. После этого отрывка - совершенно другая, новая, в которой можно говорить всё, и так, как оно есть. До этого боялись. Толстой показал, что можно и не бояться. :-)
И добавлю, что технически ЛН стоит на недосягаемой высоте - что, видимо, и определяет столь высокую его оценку профессионалами - от Тургенева, Гончарова, Достоевского - до Чехова, Короленко, Джойса, Хэмингуэя. Придурка и мудака Логинова в расчёт не берём - ну какой из этого дебила профи(хотя он видимо был хороший учитель). Хотя нельзя не отметить, что новые и новые поколения мудаков открывают для себя с востогом дебильный памфлет мудозвона о Толстом. Ну, если человек мудак .... :-(
Конечно, язык ЛН как правило не образец красоты(до этого он иногда доходит в публицистике, имхо). Его цель другая. Его "корявость" намеренная - с её помощью ЛН достигает совершенно фантастической изобразительности - абзац - и видишь живого человека, со всем его прошлым, да и будущим. Это невероятное чудо. Отметим также то, на что указал Короленко:
обычно писатель ярко выписывает 2-3 главных персонажа, а остальные даны схематично; причина проста - не хватает фантазии - силы воображения. Фантазия Толстого безгранична, не уступает фантазии величайших физиков и математиков. Десятки живых героев, мощные реки повествования текут легко и свободно, сходясь и расходясь совершенно естественно.
Tags: wiesenfeld, Психология, Толстой, Шаройкин, размышлизмы
Subscribe

  • Блок

    Покойник спать ложится На белую постель. В окне легко кружится Спокойная метель. Пуховым ветром мчится На снежную постель. Снежинок легкий пух…

  • Блок

    Мой милый, будь смелым И будешь со мной. Я вишеньем белым Качнусь над тобой. Зеленой звездою С востока блесну, Студеной волною На панцырь…

  • Блок

    Часовая стрелка близится к полно'чи. Светлою волною всколыхнулись свечи. Темною волною всколыхнулись думы. С Новым годом, сердце! Я люблю вас тайно,…

promo niktoinikak december 8, 2016 21:29 1
Buy for 10 tokens
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments

  • Блок

    Покойник спать ложится На белую постель. В окне легко кружится Спокойная метель. Пуховым ветром мчится На снежную постель. Снежинок легкий пух…

  • Блок

    Мой милый, будь смелым И будешь со мной. Я вишеньем белым Качнусь над тобой. Зеленой звездою С востока блесну, Студеной волною На панцырь…

  • Блок

    Часовая стрелка близится к полно'чи. Светлою волною всколыхнулись свечи. Темною волною всколыхнулись думы. С Новым годом, сердце! Я люблю вас тайно,…