January 8th, 2017

promo niktoinikak december 8, 2016 21:29 1
Buy for 10 tokens

О 90-х.

Нет сомнений, что это было очень тяжёлое время для большинства народа. Но сравнивать с голодом 30-х и послевоенным...
Повторяю - поклонников и последователей Маяковского развелось как собак нерезанных. "Гвоздь у меня в сапоге кошмарней,чем фантазия у Гёте".
И личное. Я - лежачий камень, 2-ое издание барона фон Гринвальдуса. И сам по себе не уехал бы - как поэтому, так и потому, что ясно понимал, что с моими качествами мне особо не светит - я практически аутист во многих отношениях, формальное общение с миром, заполнение любых форм для меня - пытка. Но увидев что происходит, решил, что мой долг - увезти детей.
А что происходило?
1. Я ужаснулся, увидев, кто пришёл к власти(на низовом уровне, с которым я сталкивался). Нечто абсолютно наглое и бессовестное, без всяких понятий о порядочности и приличиях.
2. Стало ясно, что мы переходим к рынку. Прекрасно. Но:
всем известно, что минимум половина заняты тем, что никому нахрен не нужно. И никаких упоминаниях о пособиях по безработице, курсах переквалификации ... как я представил, что весь этот народ окажется на улице и будет (естественно) резать друг друга и всех попавшихся ...
Но надо сказать и о плюсах. Именно:
1. Ельцин и его команда всё-таки не были кровопийцами. Воры, бандиты - но не кровопийцы, не садисты.
2. Им было наплевать на народ, на людей. Никакой заботы :-) Но - и не лезли, не указывали. Дали возможность людям самим вертеться. Огромный плюс.

ПЧЕЛА

Пылает роза над кустом
И пахнет веселящим газом.
Теряя под наркозом разум,
На ней пчела лежит пластом.

В пчелином брюхе золотом
Жужжит струна о жизни сладкой,
Где водонос грохочет кадкой
И Дафнис нежен со скотом,—

Там голубь свеж, как вербный прут,
Там правда прет из каждой почки,
С кинжалом бродит мальчик Врут
И на богине нет сорочки.

Пчела в беспамятстве своем
Стремится в жуткое изгнанье —
С невинной вечностью вдвоем
Она сосет из розы знанье.

Вздыхает сытая душа,
И, хоботок из бездны вынув,
Она, по воздуху шурша,
Идет, как сфинкс, на лапах львиных.
Потом, выплевывая мед,
Во мраке сладком, в круговерти,
Она, как сфинкс, подруге врет:
— Как мало знаем мы о смерти!

1974