December 14th, 2017

salon

Мои вспоминанья о Зурабе Церетели.

Когда одним из первых, Зураб Константинович Церетели предложил свои услуги к восстановлению "Манежа", в моих глазах навернулись слезы. Я знала, что Церетели обязательно постарается влететь в эпицентр событий, если они происходят в Москве. И я решила о нем рассказать. Вернее, о своем коротком знакомстве с Зурабом Церетели и, последующем, долгом, пристальном внимании к его творчеству. Вот вы лично знакомы с какой-нибудь знаменитостью? Если "да", то тоже-наверняка- за ее деятельностью следите. Вот и я слежу. А, если "нет", то сидите себе и молчите, пока другие рассказывают.
Значит, в семье у него не было ни артистов, ни художников, а отец - инженер-строитель. Казалось бы - не в кого развиться артистической натуре. Казалось бы...но нет! По линии матери у него был дядя - художник- и он всегда говорил "искусство для искусства". Вот этими идеями и пропитался молодой Зураб, но в те времена, когда Церетели должен был сдавать диплом, везде-то висели совсем другие лозунги - партийные: "Искусство для народа"! Политика-то была другая. Но Зураб, не обращая, творил под влиянием импрессионистов. Он учился в Тбилисской Академии художеств и нарисовал на диплом картину "Песнь о Тбилиси". Как он сам о ней говорил: "Фиолетовая гамма. Голубовато-зеленоватый колорит." Очень долго работал над ней Зураб, многие его хвалили, а потом взяли и сняли эту картину с диплома. А Зураб в это время собирался жениться! Ему деньги были очень нужны. Тогда он привел с улицы дворника, надел на него свой спортивный костюм, дал в руки теннисную ракетку и создал образ спортсмена. И при этом польовался уже не болотными, а яркими, соц-реалистическими красками. И получил за тот портрет "5+". Диплом давал ему возможность зарабатывать. И вот, как говорит Зураб, он с тех лет, как "мобилизовался", так уже не может остановиться. И ваяет, и ваяет, и ваяет. Вот, кстати, если кто не знал - недавно в космосе новую планету его именем назвали. Ну, это ему - за ваяния по всему миру.
Сначала он в Пицунде работал - там большой заказ был, потом в Тбилисси реаторан "Арагви", в Адлере, гостиница "Ялта" в Крыму, в Измайловском Олимпийском комплексе тоже что-то...Всего не перечесть, что он в 60-70гг наваял. (так что, если кто говорит, что он "неожиданно появился", как художник-монументалист - не надо. Уж я-то знаю.)
А мы с ним познакомились в Москве - я у Ангелинки гостила, после ее развода с 1-ым мужем - оператором Олегом Смольниковым. Мы были тогда в ресторане "Грузия", отмечали сдачу фильма "Капитан", там Чхаидзе играл. Ангелинке тогда было тогда 20 с чем-то, мне... не важно, а Зурабу - уже за 35. И я вам вот что скажу: деньги он просто разбрасывал. Мы еще удивлялись: кто он? Не верили, что художник. У нас в то время к художникам относились, как к третьему сорту. Это ж были 70-е годы. А тут...Но нам объяснили, что он не только художник, а еще - "монументщик" (который делает большие памятники и колонны). И, вот, как раз в те времена он воздвигал на Тишинке столб (или это называется "стэлла"?) "Дружба народов". Может, к тому времени ему гонорар выплатили? Или за оформление Грузинского посольства в Москве (он там мозаику делал)? Он, кстати, в 76 году еще и для Советского посольства в Японии витраж делал из хрусталя и бетона. До сих пор стоит. Не разбился. Не знаю, но это за ним на всю жизнь сохранилось. Он и сейчас, не считая, деньги сыплет, как песок. Говорил, хочет какую-то церковь построить из стекла, но стекло нужно специальное - оптическое, а денег на него нет - дорогое, зараза. А, что ему? Вон, захотел, чтобы ему пригнали поезд ракет для скульптуры, где Георгий "попирает" Змея (у него Змей сделан из этих ракет -"першенгов") - тю! Пригнали ракеты. Делов-то, если Президент Российской Академии художеств заказал. Что правда, то правда.
Ой, а, какой он брехун!Collapse )
promo niktoinikak december 8, 2016 21:29 1
Buy for 10 tokens

Доризо

Я поэт для читателей,
Не для поэтов.
Я не жду от поэтов
Особых похвал.
А когда-то
Под говор вокзальных буфетов,
На почтамтах,
В метро
Я стихи им читал.
Я хватал их за пуговицы
Убежденно,
Я неистово, нервно
Дымил табаком.
Но товарищ хвалил
Как-то так отчужденно,
Будто думал при этом
О чем-то другом.
А потом оживлялся,
Коль речь заходила,
Где, когда и какую
Он рифму нашел,
И глядел мне в зрачки,
Будто мерился силой,
Будто два наших локтя
Впечатаны в стол.
Нет, не ради себя
Я хочу быть старателем.
Я пишу для читателя.
Хоть одного.
Если есть у поэта
Тот редкий талант —
Быть читателем,
Я пишу для него.